За здоровый образ жизни

О диетах и питании для умных — Расстройства питания - Чрезмерная худоба не лучше полноты

Голодание и обжорство
За здоровое питание
За здоровое питание





38-летняя Вики, невысокая и хрупкая, пришла ко мне по направлению психотерапевта, распознавшего физиологические причины психологических проблем своей клиентки. Для Вики, страдавшей анорексией и булимией, пища стала попыткой заглушить боль от перенесенной психологической травмы.

Вики: Глядя в прошлое, я понимаю, что все мои воспоминания так или иначе связаны с едой. Моя жизнь была бесконечной битвой с едой. Я была пленницей еды. Навязчивые мысли о еде, приступы обжорства, ограничение себя в еде, чувство сожаления и вины из-за еды. Ненависть к себе.

Вся жизнь родителей вертелась вокруг продуктов. С ними была связана работа отца: он снабжал товаром автоматы по продаже печенья, булочек, лимонадов, супов и кофе. Склад находился в нашем доме, к нему регулярно подъезжали грузовики, и после этого подвал и гараж пополнялись новыми товарами.

Когда мне было 3 года, у мамы обнаружили рак груди. Она перенесла несколько сложных операций.

С раннего возраста я подвергалась сексуальной агрессии со стороны старшего брата. Я не рассказывала родителям о его приставаниях. Во-первых, боялась, а во-вторых, как ни странно, мне было его жалко. Вначале он тискал и лапал меня, а затем просил прощения.

Неудивительно, что в таких условиях я стала искать утешения в еде. Я заедала пирожными чувства горечи, разочарования и страха, и всегда ела тайком, спрятавшись от посторонних глаз. Сахар был моим наркотиком. Стоило съесть немного, как появлялось неудержимое желание есть еще и еще. Это была какая-то цепная реакция. Я ела и не могла остановиться, наедалась до рвоты.

Я мысленно составила свой список полезных и вредных продуктов. Меня преследовали мысли о еде, за любым волнением следовал приступ обжорства. Я брала коробку с едой в свою комнату и быстро поглощала ее содержимое, запихивая кусок за куском, а потом принимала слабительное, усиленно занималась физкультурой или голодала.

Я очень любила печь пироги и торты вместе с мамой. Вначале это было просто приятное времяпровождение, но затем, когда у меня развилась одержимость едой, хлопоты у духовки приобрели совершенно иной смысл: мне казалось, я обязана кормить других тем, что считала запретным для себя.

Я начала переживать из-за собственного веса. На какое-то время приступы обжорства прекратились, и я начала все больше ограничивать себя в еде. Заметив, что я ем все меньше и меньше, родители забеспокоились.

Боясь располнеть, я начала до предела загружать себя физкультурой. Я не могла спокойно посидеть и минутки, постоянно размахивала то ногами, то руками — мне хотелось сжигать калории. Родители пытались меня остановить, тогда я запиралась в ванной и пускала воду, чтобы заглушить звуки прыжков.

В возрасте 13 лет при росте в 163 см я весила 32 килограмма. Меня положили в больницу.

Маме тем временем становилось все хуже. Она умерла, когда мне исполнилось 15.

На протяжении нескольких лет после смерти мамы я то морила себя голодом, то объедалась, в каком-то лихорадочном состоянии набивая живот до рвоты. Во время обжорства я совсем не боялась растолстеть, даже не задумывалась ни о фигуре, ни о здоровье. Когда от обжорства становилось совсем плохо, я начинала рыдать и обещала себе, что больше этого не повторится. В такие дни я чувствовала себя невероятно одинокой и несчастной, меня преследовали всевозможные страхи. Глядя в зеркало, я говорила себе: «Посмотри, на кого ты похожа!»

Много раз я пыталась прервать начавшийся период обжорства, но ничего не выходило. Стоило проголодаться, и все начиналось сначала. Мне требовалось все больше и больше сладостей, чтобы успокоиться.

У меня болел желудок и все тело, каждый орган. Я выглядела совершенно измученной, не могла спать мне постоянно мерещились какие-то ужасы. Часто от беспричинного страха я просыпалась в горячем поту. Руки, ноги и лицо так распухали от отеков, что меня спрашивали, не беременна ли я.

Период обжорства длился от нескольких дней до нескольких недель. Когда он наконец завершался, меня переполняло отвращение к себе, и я начинала морить себя голодом, принимала слабительные и без конца занималась физкультурой. В это время я могла несколько дней питаться одними арбузами, а затем садилась на строгую диету, резко ограничивая количество жиров и калорий. Так продолжалось до следующего периода обжорства. Я ждала его с невыносимым страхом.